Давайте разберем, кто больше подвержен риску заболеть раком мочевого пузыря, какие факторы на это влияют и как этого избежать
Риск развития рака мочевого пузыря
1
Содержание статьи
Экзогенные факторы Эндогенные факторы
Рак мочевого пузыря (РМП) — одно из самых распространенных злокачественных новообразований (другие его названия — карцинома мочевого пузыря, уротелиальный рак). За последнее десятилетие заболеваемость РМП в России заметно выросла ¹. Риск развития карциномы мочевого пузыря увеличивается с возрастом и резко возрастает после 50–60 лет. Чаще всего болеют мужчины — на них приходится около трех четвертей новых случаев РМП ². Однако, есть положительная динамика: качество диагностики значительно улучшилось, появились новые методы лечения, а смертность от уротелиального рака постепенно снижается ¹. Рассказываем, какие внешние (экзогенные) и внутренние (эндогенные) факторы влияют на риск развития РМП и можно ли предотвратить заболевание.
Экзогенные факторы
Курение. Это ведущий устранимый фактор риска РМП: с курением связывают около половины всех случаев заболевания. Причина — ароматические амины и нитрозосоединения, которые содержатся в табачном дыме. Они попадают в кровь и выводятся с мочой, раздражая ткани и повреждая ДНК клеток эпителия мочевыводящих путей (уротелия). Так запускаются процессы образования злокачественной опухоли (канцерогенеза) ³. Электронные сигареты также не являются безопасными: в моче их пользователей обнаруживают канцерогены, характерные для табачного дыма, хотя долгосрочные данные о риске РМП пока ограничены ⁴. Чем больше стаж курения и количество выкуриваемых сигарет, тем выше риск возникновения опухоли ⁴.
Профессиональные вредности. Высокий риск развития РМП есть у сотрудников нефтяной, лакокрасочной, текстильной, химической промышленности, работников предприятий по выпуску и обработке резиновых и алюминиевых изделий, у парикмахеров, водителей большегрузных автомобилей. Большинство профессиональных канцерогенов относится к производным ароматических аминов (нафтиламин, аминобифенил, бензидин и др.), а также к полициклическим ароматическим углеводородам и выхлопным газам дизельных двигателей.
Средний период от начала регулярного контакта с канцерогеном до развития карциномы мочевого пузыря составляет примерно 20 лет и более. У работников этих отраслей контакт с канцерогенами производственного происхождения повышает риск заболевания по сравнению с общей популяцией ⁵. Стоит отметить, что сегодня темпы заболеваемости РМП, обусловленные профессиональными вредностями, в развитых странах замедляются. Этот позитивный тренд связан со строгим соблюдением на предприятиях правил безопасности и охраны труда, направленных на уменьшение контакта сотрудников с канцерогенами индустриального происхождения.
Инфекции. Как и для многих других злокачественных новообразований, существенным фактором риска развития РМП является хроническое воспаление. На фоне хронического цистита могут активироваться микроорганизмы, способные продуцировать канцерогенные нитрозосоединения ⁶.
Широко известна связь между плоскоклеточным раком мочевого пузыря и специфическим хроническим циститом, вызванным Schistosoma haematobium. Это заболевание (шистосомоз) эндемично для стран Северной и Восточной Африки, Ближнего Востока и ряда других регионов. Обсуждается также возможная роль некоторых хронических вирусных инфекций — в частности, вируса гепатита В и вируса папилломы человека, — однако эти данные противоречивы и требуют дальнейшего подтверждения ⁷, ⁸.
Ятрогенные факторы. Часть злокачественных опухолей мочевого пузыря являются ятрогенными (то есть возникают на фоне ранее проведенного медицинского вмешательства по поводу другой патологии). Так, плоскоклеточному раку мочевого пузыря может способствовать длительное стояние постоянных мочевых катетеров: они вызывают хроническое раздражение и, как следствие, воспаление и повторяющееся повреждение слизистой оболочки.
Повышен риск развития РМП и у пациентов, которым проводили облучение области таза по поводу других злокачественных заболеваний. По данным мета-анализов, лучевая терапия органов малого таза (в том числе по поводу рака предстательной железы, шейки и тела матки) ассоциирована с повышенным риском последующего развития РМП ⁹. Степень риска прямо коррелирует с суммарной очаговой дозой, полученной во время лечения, а также со временем, прошедшим с момента лучевой терапии. Средний период от начала противоопухолевого лечения до развития карциномы мочевого пузыря составляет 8–12 лет.
Повышенный риск уротелиального рака отмечается и у пациентов, получавших отдельные алкилирующие цитостатики. Этот эффект связывают с прямым мутагенным воздействием на эпителий стенки мочевого пузыря. В особой группе риска — пациенты, у которых при лечении возникала такая нежелательная реакция, как геморрагический цистит (воспаление мочевого пузыря с кровью в моче).
Диетические факторы. Перейдем к управляемым факторам. Рациональное питание может уменьшить воздействие некоторых причин развития РМП. Особенно важно для профилактики пить достаточное количество жидкости: считается, что более частое мочеиспускание сокращает время контакта канцерогенов со слизистой мочевого пузыря ¹⁰.
Также эпидемиологические исследования показывают, что при достаточном количестве свежих овощей, зелени и фруктов в рационе риск развития уротелиального рака может снижаться. Убедительной связи РМП с диетой, богатой мясными и молочными продуктами, не установлено; данные о роли отдельных микроэлементов остаются противоречивыми ¹¹.
Алкоголь. Связь алкоголя с риском РМП остается предметом дискуссий. Крупное проспективное исследование EPIC (European Prospective Investigation into Cancer and Nutrition) не выявило значимой связи между умеренным употреблением алкоголя и риском карциномы мочевого пузыря ¹². Не отмечалось повышения риска и в азиатских популяциях с генетически обусловленной недостаточностью фермента, метаболизирующего ацетальдегид ¹³. Вместе с тем отдельные мета-анализы указывают на возможное небольшое повышение риска при высоком уровне потребления алкоголя, поэтому утверждать о полном отсутствии влияния некорректно.
Эндогенные факторы
Пол и раса. Как отмечено выше, мужчины статистически чаще заболевают карциномой мочевого пузыря. Отчасти это объясняется тем, что среди мужчин больше работников вредных производств и курильщиков; обсуждается и роль гормональных и генетических различий ¹⁴.
Данные исследования SEER (Surveillance, Epidemiology, and End Results, США) свидетельствуют о том, что у чернокожих пациентов заболеваемость РМП ниже, а исходы хуже. Во многом это связано с более поздней диагностикой и различиями в доступности своевременной медицинской помощи ¹⁵.
Генетические особенности. Наследственность также играет определенную роль в развитии рака мочевого пузыря.
Риск уротелиального рака повышен у пациентов с нарушениями в генах системы восстановления ДНК. Такие особенности характерны для синдрома Линча (наследственного неполипозного колоректального рака, HNPCC), который проявляется главным образом опухолями желудочно-кишечного тракта и гинекологическими опухолями. Поэтому РМП можно рассматривать как одну из опухолей, ассоциированных с этим синдромом ¹⁶.
Значительный вклад в индивидуальную предрасположенность к РМП вносят генные полиморфизмы — нормальные вариации генетических последовательностей, а не мутации. Так, риск уротелиального рака во многом может быть обусловлен метаболическими особенностями ферментных систем, обезвреживающих канцерогены в организме ³.
Врожденные аномалии мочевого пузыря. Реже фоновой патологией, повышающей риск развития РМП, может служить врожденный дефект органа (например, сужение шейки мочевого пузыря или выпячивание стенки).
Сегодня врачи довольно успешно выявляют принадлежность человека к группе риска развития рака мочевого пузыря (при первичной диагностике), а также риска прогрессирования опухолевого процесса (при динамическом наблюдении после радикального лечения). Профилактика помогает снизить как вероятность развития РМП, так и частоту рецидивов у таких пациентов.
M-RU-00014973 Декабрь 2023 г.
Было полезно?
Мы заботимся о том, чтобы наши материалы содержали актуальную информацию, а также оказывали читателям всю необходимую помощь и поддержку. Сообщите, пожалуйста, была ли эта статья полезна для вас.
Да, было полезно
Нет
Поделиться
Список литературы
Состояние онкологической помощи населению России в 2023 году / под ред. А. Д. Каприна, В. В. Старинского, А. О. Шахзадовой. — Москва : МНИОИ им. П. А. Герцена — филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России, 2024. — 262 с. — ISBN 978-5-85502-290-2.
Bray F., Laversanne M., Sung H. et al. Global cancer statistics 2022: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries // CA: A Cancer Journal for Clinicians. — 2024. — Vol. 74, № 3. — P. 229–263. — DOI: 10.3322/caac.21834.
Saginala K., Barsouk A., Aluru J.S. et al. Epidemiology of bladder cancer // Medical Sciences. — 2020. — Vol. 8, № 1. — Art. 15. — DOI: 10.3390/medsci8010015.
Jubber I., Ong S., Bukavina L. et al. Epidemiology of bladder cancer in 2023: a systematic review of risk factors // European Urology. — 2023. — Vol. 84, № 2. — P. 176–190. — DOI: 10.1016/j.eururo.2023.03.029.
Westhoff E., de Oliveira-Neumayer J.M., Aben K.K.H. et al. Awareness of risk factors among bladder cancer survivors: a literature overview // European Journal of Cancer. — 2016. — Vol. 60. — P. 136–145. — DOI: 10.1016/j.ejca.2016.03.006.
Рак мочевого пузыря : клинические рекомендации [Электронный ресурс] / Министерство здравоохранения Российской Федерации. — Москва, 2023. — URL: https://cr.minzdrav.gov.ru (дата обращения: 16.06.2026).
Shee K., Reinstatler L., Stensland K.D. et al. Hepatitis B serology as a risk factor for bladder cancer // Journal of Urology. — 2019. — Vol. 201, Suppl. 4. — P. e44.
Reinstatler L.S., Shee K., Stensland K.D. et al. Human papillomavirus and bladder cancer association // Journal of Clinical Oncology. — 2019. — Vol. 37, № 7 Suppl. — P. 362. — DOI: 10.1200/JCO.2019.37.7_suppl.362.
Wallis C.J.D., Mahar A.L., Choo R. et al. Second malignancies after radiotherapy for prostate cancer: systematic review and meta-analysis // BMJ. — 2016. — Vol. 352. — Art. i851. — DOI: 10.1136/bmj.i851.
Fankhauser C.D., Mostafid H. Prevention of bladder cancer incidence and recurrence: nutrition and lifestyle // Current Opinion in Urology. — 2018. — Vol. 28, № 1. — P. 88–92. — DOI: 10.1097/MOU.0000000000000452.
Al-Zalabani A.H., Stewart K.F.J., Wesselius A. et al. Modifiable risk factors for the prevention of bladder cancer: a systematic review of meta-analyses // European Journal of Epidemiology. — 2016. — Vol. 31, № 9. — P. 811–851. — DOI: 10.1007/s10654-016-0138-6.
Botteri E., Ferrari P., Roswall N. et al. Alcohol consumption and risk of urothelial cell bladder cancer in the European Prospective Investigation into Cancer and Nutrition cohort // International Journal of Cancer. — 2017. — Vol. 141, № 10. — P. 1963–1970. — DOI: 10.1002/ijc.30879.
Masaoka H., Matsuo K., Sawada N. et al. Alcohol consumption and bladder cancer risk with or without the flushing response: the Japan Public Health Center-based Prospective Study // International Journal of Cancer. — 2017. — Vol. 141, № 12. — P. 2480–2488. — DOI: 10.1002/ijc.30962.
Burger M., Catto J.W.F., Dalbagni G. et al. Epidemiology and risk factors of urothelial bladder cancer // European Urology. — 2013. — Vol. 63, № 2. — P. 234–241. — DOI: 10.1016/j.eururo.2012.07.033.
Mancini M., Righetto M., Baggio G. Gender- and ethnicity-related differences in bladder cancer // Cancers. — 2020. — Vol. 12, № 7. — Art. 1758. — DOI: 10.3390/cancers12071758.
Солодкий В.А., Павлов А.Ю., Дзидзария А.Г., Гафанов Р.А. Рак мочевого пузыря: роль модифицируемых факторов риска // РМЖ. Медицинское обозрение. — 2020. — Т. 4, № 2. — С. 105–110.
Курение. Это ведущий устранимый фактор риска РМП: с курением связывают около половины всех случаев заболевания. Причина — ароматические амины и нитрозосоединения, которые содержатся в табачном дыме. Они попадают в кровь и выводятся с мочой, раздражая ткани и повреждая ДНК клеток эпителия мочевыводящих путей (уротелия). Так запускаются процессы образования злокачественной опухоли (канцерогенеза) ³. Электронные сигареты также не являются безопасными: в моче их пользователей обнаруживают канцерогены, характерные для табачного дыма, хотя долгосрочные данные о риске РМП пока ограничены ⁴. Чем больше стаж курения и количество выкуриваемых сигарет, тем выше риск возникновения опухоли ⁴.
Профессиональные вредности. Высокий риск развития РМП есть у сотрудников нефтяной, лакокрасочной, текстильной, химической промышленности, работников предприятий по выпуску и обработке резиновых и алюминиевых изделий, у парикмахеров, водителей большегрузных автомобилей. Большинство профессиональных канцерогенов относится к производным ароматических аминов (нафтиламин, аминобифенил, бензидин и др.), а также к полициклическим ароматическим углеводородам и выхлопным газам дизельных двигателей.
Средний период от начала регулярного контакта с канцерогеном до развития карциномы мочевого пузыря составляет примерно 20 лет и более. У работников этих отраслей контакт с канцерогенами производственного происхождения повышает риск заболевания по сравнению с общей популяцией ⁵. Стоит отметить, что сегодня темпы заболеваемости РМП, обусловленные профессиональными вредностями, в развитых странах замедляются. Этот позитивный тренд связан со строгим соблюдением на предприятиях правил безопасности и охраны труда, направленных на уменьшение контакта сотрудников с канцерогенами индустриального происхождения.
Инфекции. Как и для многих других злокачественных новообразований, существенным фактором риска развития РМП является хроническое воспаление. На фоне хронического цистита могут активироваться микроорганизмы, способные продуцировать канцерогенные нитрозосоединения ⁶.
Широко известна связь между плоскоклеточным раком мочевого пузыря и специфическим хроническим циститом, вызванным Schistosoma haematobium. Это заболевание (шистосомоз) эндемично для стран Северной и Восточной Африки, Ближнего Востока и ряда других регионов. Обсуждается также возможная роль некоторых хронических вирусных инфекций — в частности, вируса гепатита В и вируса папилломы человека, — однако эти данные противоречивы и требуют дальнейшего подтверждения ⁷, ⁸.
Ятрогенные факторы. Часть злокачественных опухолей мочевого пузыря являются ятрогенными (то есть возникают на фоне ранее проведенного медицинского вмешательства по поводу другой патологии). Так, плоскоклеточному раку мочевого пузыря может способствовать длительное стояние постоянных мочевых катетеров: они вызывают хроническое раздражение и, как следствие, воспаление и повторяющееся повреждение слизистой оболочки.
Повышен риск развития РМП и у пациентов, которым проводили облучение области таза по поводу других злокачественных заболеваний. По данным мета-анализов, лучевая терапия органов малого таза (в том числе по поводу рака предстательной железы, шейки и тела матки) ассоциирована с повышенным риском последующего развития РМП ⁹. Степень риска прямо коррелирует с суммарной очаговой дозой, полученной во время лечения, а также со временем, прошедшим с момента лучевой терапии. Средний период от начала противоопухолевого лечения до развития карциномы мочевого пузыря составляет 8–12 лет.
Повышенный риск уротелиального рака отмечается и у пациентов, получавших отдельные алкилирующие цитостатики. Этот эффект связывают с прямым мутагенным воздействием на эпителий стенки мочевого пузыря. В особой группе риска — пациенты, у которых при лечении возникала такая нежелательная реакция, как геморрагический цистит (воспаление мочевого пузыря с кровью в моче).
Диетические факторы. Перейдем к управляемым факторам. Рациональное питание может уменьшить воздействие некоторых причин развития РМП. Особенно важно для профилактики пить достаточное количество жидкости: считается, что более частое мочеиспускание сокращает время контакта канцерогенов со слизистой мочевого пузыря ¹⁰.
Также эпидемиологические исследования показывают, что при достаточном количестве свежих овощей, зелени и фруктов в рационе риск развития уротелиального рака может снижаться. Убедительной связи РМП с диетой, богатой мясными и молочными продуктами, не установлено; данные о роли отдельных микроэлементов остаются противоречивыми ¹¹.
Алкоголь. Связь алкоголя с риском РМП остается предметом дискуссий. Крупное проспективное исследование EPIC (European Prospective Investigation into Cancer and Nutrition) не выявило значимой связи между умеренным употреблением алкоголя и риском карциномы мочевого пузыря ¹². Не отмечалось повышения риска и в азиатских популяциях с генетически обусловленной недостаточностью фермента, метаболизирующего ацетальдегид ¹³. Вместе с тем отдельные мета-анализы указывают на возможное небольшое повышение риска при высоком уровне потребления алкоголя, поэтому утверждать о полном отсутствии влияния некорректно.
Пол и раса. Как отмечено выше, мужчины статистически чаще заболевают карциномой мочевого пузыря. Отчасти это объясняется тем, что среди мужчин больше работников вредных производств и курильщиков; обсуждается и роль гормональных и генетических различий ¹⁴.
Данные исследования SEER (Surveillance, Epidemiology, and End Results, США) свидетельствуют о том, что у чернокожих пациентов заболеваемость РМП ниже, а исходы хуже. Во многом это связано с более поздней диагностикой и различиями в доступности своевременной медицинской помощи ¹⁵.
Генетические особенности. Наследственность также играет определенную роль в развитии рака мочевого пузыря.
Риск уротелиального рака повышен у пациентов с нарушениями в генах системы восстановления ДНК. Такие особенности характерны для синдрома Линча (наследственного неполипозного колоректального рака, HNPCC), который проявляется главным образом опухолями желудочно-кишечного тракта и гинекологическими опухолями. Поэтому РМП можно рассматривать как одну из опухолей, ассоциированных с этим синдромом ¹⁶.
Значительный вклад в индивидуальную предрасположенность к РМП вносят генные полиморфизмы — нормальные вариации генетических последовательностей, а не мутации. Так, риск уротелиального рака во многом может быть обусловлен метаболическими особенностями ферментных систем, обезвреживающих канцерогены в организме ³.
Врожденные аномалии мочевого пузыря. Реже фоновой патологией, повышающей риск развития РМП, может служить врожденный дефект органа (например, сужение шейки мочевого пузыря или выпячивание стенки).
Сегодня врачи довольно успешно выявляют принадлежность человека к группе риска развития рака мочевого пузыря (при первичной диагностике), а также риска прогрессирования опухолевого процесса (при динамическом наблюдении после радикального лечения). Профилактика помогает снизить как вероятность развития РМП, так и частоту рецидивов у таких пациентов.
M-RU-00014973 Декабрь 2023 г.
Было полезно?
Мы заботимся о том, чтобы наши материалы содержали актуальную информацию, а также оказывали читателям всю необходимую помощь и поддержку. Сообщите, пожалуйста, была ли эта статья полезна для вас.
Список литературы
Состояние онкологической помощи населению России в 2023 году / под ред. А. Д. Каприна, В. В. Старинского, А. О. Шахзадовой. — Москва : МНИОИ им. П. А. Герцена — филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России, 2024. — 262 с. — ISBN 978-5-85502-290-2.
Bray F., Laversanne M., Sung H. et al. Global cancer statistics 2022: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries // CA: A Cancer Journal for Clinicians. — 2024. — Vol. 74, № 3. — P. 229–263. — DOI: 10.3322/caac.21834.
Saginala K., Barsouk A., Aluru J.S. et al. Epidemiology of bladder cancer // Medical Sciences. — 2020. — Vol. 8, № 1. — Art. 15. — DOI: 10.3390/medsci8010015.
Jubber I., Ong S., Bukavina L. et al. Epidemiology of bladder cancer in 2023: a systematic review of risk factors // European Urology. — 2023. — Vol. 84, № 2. — P. 176–190. — DOI: 10.1016/j.eururo.2023.03.029.
Westhoff E., de Oliveira-Neumayer J.M., Aben K.K.H. et al. Awareness of risk factors among bladder cancer survivors: a literature overview // European Journal of Cancer. — 2016. — Vol. 60. — P. 136–145. — DOI: 10.1016/j.ejca.2016.03.006.
Рак мочевого пузыря : клинические рекомендации [Электронный ресурс] / Министерство здравоохранения Российской Федерации. — Москва, 2023. — URL: https://cr.minzdrav.gov.ru (дата обращения: 16.06.2026).
Shee K., Reinstatler L., Stensland K.D. et al. Hepatitis B serology as a risk factor for bladder cancer // Journal of Urology. — 2019. — Vol. 201, Suppl. 4. — P. e44.
Reinstatler L.S., Shee K., Stensland K.D. et al. Human papillomavirus and bladder cancer association // Journal of Clinical Oncology. — 2019. — Vol. 37, № 7 Suppl. — P. 362. — DOI: 10.1200/JCO.2019.37.7_suppl.362.
Wallis C.J.D., Mahar A.L., Choo R. et al. Second malignancies after radiotherapy for prostate cancer: systematic review and meta-analysis // BMJ. — 2016. — Vol. 352. — Art. i851. — DOI: 10.1136/bmj.i851.
Fankhauser C.D., Mostafid H. Prevention of bladder cancer incidence and recurrence: nutrition and lifestyle // Current Opinion in Urology. — 2018. — Vol. 28, № 1. — P. 88–92. — DOI: 10.1097/MOU.0000000000000452.
Al-Zalabani A.H., Stewart K.F.J., Wesselius A. et al. Modifiable risk factors for the prevention of bladder cancer: a systematic review of meta-analyses // European Journal of Epidemiology. — 2016. — Vol. 31, № 9. — P. 811–851. — DOI: 10.1007/s10654-016-0138-6.
Botteri E., Ferrari P., Roswall N. et al. Alcohol consumption and risk of urothelial cell bladder cancer in the European Prospective Investigation into Cancer and Nutrition cohort // International Journal of Cancer. — 2017. — Vol. 141, № 10. — P. 1963–1970. — DOI: 10.1002/ijc.30879.
Masaoka H., Matsuo K., Sawada N. et al. Alcohol consumption and bladder cancer risk with or without the flushing response: the Japan Public Health Center-based Prospective Study // International Journal of Cancer. — 2017. — Vol. 141, № 12. — P. 2480–2488. — DOI: 10.1002/ijc.30962.
Burger M., Catto J.W.F., Dalbagni G. et al. Epidemiology and risk factors of urothelial bladder cancer // European Urology. — 2013. — Vol. 63, № 2. — P. 234–241. — DOI: 10.1016/j.eururo.2012.07.033.
Mancini M., Righetto M., Baggio G. Gender- and ethnicity-related differences in bladder cancer // Cancers. — 2020. — Vol. 12, № 7. — Art. 1758. — DOI: 10.3390/cancers12071758.
Солодкий В.А., Павлов А.Ю., Дзидзария А.Г., Гафанов Р.А. Рак мочевого пузыря: роль модифицируемых факторов риска // РМЖ. Медицинское обозрение. — 2020. — Т. 4, № 2. — С. 105–110.














